Раним утром Алексей припарковал машину у подъезда девятиэтажки. Ровно пять лет назад в ЗАГСе он и Анна обменялись клятвами вечной любви.
В руках у мужчины был букет ирисов и папка в клетку. Цветы — по традиции. Папка — его главный козырь.
Алексей поднялся на нужный этаж и вошел в квартиру. Жена сидела в гостиной на диване.
На ней был потертый домашний халат, а на ногах сидел двухлетний Егорка, уцепившийся ручонками в мамину шею. На полу играла с куклой трехлетняя Софья.
— С годовщиной, любимая! — мужчина с деловым видом протянул ей букет.
Анна уткнулась лицом в лепестки, постаравшись скрыть усталость в глазах.
— Спасибо, Лёш. Пойдем на кухню, я уже приготовила завтрак, — произнесла она и зевнула.
Кухня пахла овсяной кашей и детским пюре. Алексей разложил папку на столе, отодвинув баночку с пюре из брокколи.
— А это тебе, Ань, основной подарок. Изучай, — многозначительно произнес он.
Анна медленно пролистала страницы. Это были брошюры курсов по бухгалтерскому учету, реклама местного колледжа заочного обучения, распечатанные вакансии с сайтов по поиску работы.
— Я не понимаю, — тихо проговорила она. — Это шутка?
— Какая шутка? — мужчина налил себе кофе. — Пора, дорогая. Егорке уже два, садик есть. Хватит сидеть дома, пора реализовываться! Нашему браку нужен вклад двух сторон, а не одной. Я один устаю тащить всё на себе.
Женщина закрыла папку. Лицо ее стало каменным.
— Ты считаешь, что я ничего не делаю?— возмущенно спросила она.
— Я считаю, что пора начать делать что-то, приносящее деньги. Дети подрастают, расходы увеличиваются. Я не железный, — сухо ответил Алексей.
Софья почувствовала напряжение и начала хныкать. Анна рефлекторно притянула ее к себе, продолжая внимательно смотреть на мужа.
— Хорошо, — холодно произнесла она. — Ты прав. Я изучу.
Мужчина торжествующе улыбнулся. Он был уверен, что уличил жену в тайном желании отлынивать от работы под прикрытием заботы о детях, а теперь она сдалась.
Поцеловав детей в макушку, Алексей отправился на работу, весело напевая себе под нос.
С того дня Анна почти не разговаривала с мужем. Разговоры супругов ограничивались только бытовыми темами.
Женщина ни разу не упрекнула мужа, она просто молчала. А через неделю, за ужином, Анна положила на стол новый чистый ежедневник.
— Я записалась на интенсивные курсы бухгалтеров. Начало в понедельник. С девяти до трех. Занятия каждый день, кроме воскресенья. Продолжительность — два месяца, — сдержанно проговорила она.
— А кто же будет заниматься с детьми по субботам? Ты подумала об этом? — насмешливо фыркнул Алексей.
— Конечно, — ответила Анна. — Садик работает до шести. Ты забираешь детей в половине шестого. Я буду возвращаться к четырем, успею приготовить ужин к вашему приходу. В субботу ты и без меня справишься.
— Ты с ума сошла? А если они заболеют? У меня на работе проект! Я не могу по каждому чиху отпрашиваться! — нервно спросил супруг.
— Раньше я с этим и одна справлялась, — возразила Анна. — Теперь мы будем делать это вместе. Ты же хотел, чтобы я развивалась? Вот я и развиваюсь.
Алексей хотел возразить, но слова застряли в горле. Он не ожидал такой прыти от жены.
В понедельник началась новая жизнь. Анна надела деловой костюм, который давно не носила, и вышла из дома ровно в восемь утра.
Муж проводил ее недовольным взглядом. Вечером он, ворча, впервые за год забрал детей из сада.
Егорка раскапризничался, не желая одеваться, а Софья устроила истерику из-за забытой в группе игрушки.
Дома их ждала холодная квартира. Ужина не было. Анна вернулась не без четверти четыре, а на пару часов позже. Ее глаза светились, в руках она держала пачку конспектов.
— Прости, забежала в библиотеку, времени на готовку не было. Сейчас быстро что-нибудь сделаю, — невозмутимо проговорила она.
Алексей молча ушел в зал смотреть телевизор. Он почувствовал себя обманутым.
Это не та “реализация”, которую он имел в виду. Мужчина представлял, что Анна найдет какую-нибудь тихую работу неподалеку, с гибким графиком, и будет успевать делать все по дому, а получился какой-то хаос.
Через три недели возникла первая серьезная проблема. Алексею позвонили на работу из детского сада: у Егора поднялась температура.
— Анна Сергеевна не берет трубку, — сообщила воспитательница. — Вам нужно срочно приехать в садик.
Мужчина, скрипя зубами, отпросился у начальства и поехал за сыном. Весь день он провел дома с капризным больным ребенком.
Алексей пытался работать удаленно, но Егорка постоянно требовал внимания. Вечером вернулась Анна.
Она хоть и почувствовала свою вину, но все равно выглядела по-прежнему собранной.
— Вот видишь, — устало произнес муж. — Так нельзя. Может, бросишь эти курсы? Или наймем няню?
— Няню мы не потянем, — холодно ответила супруга. — А курсы я не брошу. Ты сам этого хотел.
Она дала Егорке лекарство и уложила его спать, а сама села за конспекты. Алексей смотрел на ее сгорбленную спину и понимал — он проиграл этот раунд.
Его жизнь превратилась в кошмар. График “успешного мужчины” трещал по швам.
Он опаздывал на совещания, срывал сроки по проектам, потому что должен был то отвезти, то увезти детей из детского сада.
Готовить мужчина не умел, и семья питалась полуфабрикатами. Гора немытой посуды и груды неглаженного белья стали вечным фоном их вечеров.
Алексей злился на жену, на детей, на работу. Но больше всего — на себя. Анна же, напротив, расцветала.
Она сдала экзамены и почти сразу нашла работу в небольшой фирме. Ее график стал стабильным: с девяти до шести.
Ровно в полшестого Алексей был обязан быть в саду. Однажды он задержался на полчаса из-за позднего совещания в офисе.
Воспитательница встретила его ледяным молчанием, а дома Анна устроила ему сцену.
— Я тоже не могу подводить людей, Алексей! Мой начальник не станет меня ждать, если я буду отвлекаться на твои дела! — раздраженно проговорила женщина.
— Твой начальник?! — взорвался муж. — Это из-за твоего начальника наш дом превратился в дурдом! Я не высыпаюсь и ничего не успеваю по работе! Этого ты хотела?
— Нет, — уверенно ответила Анна. — Этого хотел ты! Ты требовал моего вклада. Я его вношу. А что делаешь ты?
Алексей не нашел, что ответить на это разумное замечание. В ту ночь он впервые уснул на диване в гостиной. С утра мужчина попытался договориться с женой:
— Ань, давай вернем всё как было. Ты будешь сидеть с детьми, а я… я буду больше зарабатывать.
— Поздно, Лёш, — покачала головой Анна. — Я уже не могу. Я увидела другую жизнь, и она мне нравится.
Однажды вечером, разбирая почту, Алексей наткнулся на конверт из детского сада. Там была квитанция на оплату. Сумма его ошеломила. Он позвал жену.
— Ань, тут какая-то ошибка. Цифра в два раза больше, чем в прошлом месяце, — возмущенно произнес мужчина.
— Никакой ошибки, — ответила жена из кухни. — Раньше мы платили только за питание, так как у нас была льгота, как малообеспеченной семье. Теперь, с моей зарплатой, мы ее лишились. Так что платим полную стоимость.
Алексей опустился на стул. Он впервые во всех деталях представил бюджет. Зарплата жены была небольшой, но она шла на сад, кружки для Софьи, одежду детям и на коммуналку.
Его зарплата уходила на ипотеку, машину, крупные покупки и его личные расходы.
Мужчина всегда считал, что содержит семью, а оказалось, что Анна, сидя дома, своей “неработой” экономила им тысячи рублей, просто находясь в статусе матери.
Алексей подошел к окну и смотрел на темный двор. Он просидел так несколько часов.
Мужчина представлял, как Анна вставала ночами к детям, как готовила, убирала, ходила по врачам и магазинам, и все это он высокомерно называл “сидением дома.
Алексей хотел домработницу, а получил равноправного партнер по браку, и оказался к этому не готов. Его мужественность, построенная на деньгах, треснула.
Через три месяца после выхода Анны на работу мужчина пришел домой с папкой документов. Жена читала Софье сказку, пока Егорка мирно посапывал.
— Анна, нам нужно поговорить, — серьезно проговорил Алексей.
Супруга кивнула и вышла с ним в коридор.
— Я не могу так больше, — голос мужа задрожал. — Ты стала чужой. Этот дом стал чужим. Я все время в бегах, в долгах, в заботах… Я устал.
— Я тоже устала, Лёш, — спокойно ответила Анна. — Но я устала по-другому. Раньше я уставала от бесправности, а теперь я устаю, но я жива.
— Я подал на развод, — выдохнул Алексей.
Женщина не удивилась. Она лишь медленно кивнула.
— Я так и думала. Хорошо. Я с детьми останусь здесь. Ты снимешь себе квартиру.
Супруг ждал сцен, слез, упреков. Но их не было. Было лишь спокойное, деловое принятие.
В день раздела имущества Алексей приехал в их бывшую квартиру за последними коробками.
Анна открыла дверь. Она была в деловой юбке и блузке и собиралась на работу. За ее спиной суетилась няня, которую они наняли пополам на первые месяцы после развода.
— Как дела? — глупо спросил Алексей.
— Нормально. Работа, дети. Все как обычно. Только спокойнее, — сухо произнесла бывшая жена.
Мужчина хотел сказать, что скучает, что был не прав и что все еще можно вернуть.
Но посмотрел на ее уверенную осанку, на чистый, сияющий порядок в доме, который поддерживала теперь няня, и понял — ничего вернуть нельзя.
Он подарил ей на годовщину не курсы, а билет в новую жизнь. И она этим билетом воспользовалась.
А он остался на перроне с ощущением, что его самый ценный поезд ушел без него.