Ульяна сидела в своей квартире, уткнувшись в кружку с кофе, который давно остыл. На столе — ноутбук, рядом — папка с бумагами. За окном лениво моросил дождь. Такой, который идеально подходит под фразу: «И так всё дерьмо, ещё и погода в унисон».
Телефон вибрировал весь день. В основном — Денис. Сначала звонил, потом писал, потом опять звонил. Ульяна пару раз глянула на экран и демонстративно смахнула звонок.
«Иди ты к чёрту, Денис. Со своей мамой в комплекте», — мысленно процедила она.
Но когда телефон замолк, стало только хуже. Пустота. Она вдруг поняла, что вот он — момент истины. Больше не будет семейных завтраков, где Галина Павловна брезгливо пододвигала салфетки к крошкам. Не будет обедов, где Денис невнятно бормотал что-то про «ну, маме виднее». И уж точно не будет вечеров, когда она делала вид, что ей по кайфу обсуждать научные статьи, которые она даже открывать не собиралась.
— Ну и ладно… — буркнула она вслух. — Идите вы лесом… оба.
Только… почему так мерзко щемит внутри? Почему, несмотря на всю эту злость, хочется реветь так, что стекла лопнут?
И тут — как по заказу — в дверь позвонили. Звонок был такой уверенный, хозяйский. Прямо с требованием “Открывай! Я пришёл судить твою жизнь!”
Ульяна подскочила, вытерла лицо ладонями, как будто могла стереть следы слёз, и пошла открывать.
На пороге стоял… нет, не Денис. И слава богу. На пороге стоял… Сергей.
Сергей был… бывший. Прямо самое настоящее «бывшее всё». Первая любовь, первое «жить без тебя не могу», первая истерика в прихожей с криками «Ты меня не любишь, ты меня не ценишь!» и первый развод, после которого она зареклась: «Всё, хватит. Больше никаких мужиков. Никогда. Ни под каким соусом.»
А он стоял, зараза такая, в кожаной куртке, с двумя пакетами — один с вином, второй с чем-то явно съедобным — и улыбался. Вот этой своей кривой улыбкой, за которую когда-то можно было простить всё, включая его дурацкое «Ну я же пошутил, чего ты сразу психуешь-то…»
— Привет, — сказал он, как ни в чём не бывало. — У тебя свет горит, значит, дома. Думаю, ты сегодня явно нуждаешься в человеке, который не будет втирать тебе про «интеллектуальные семьи».
— Серёжа… — выдохнула Ульяна. — Ты с луны рухнул? Ты чего здесь забыл?
— Да так… Узнал, что ты с Дениской поругалась. Город у нас маленький. Слухи быстрее такси ездят. Ну, думаю, зайду… поддержу.
— Поддержишь… — пробурчала она, но уже отступая внутрь. — Проходи, чёрт с тобой.
Сергей зашёл, разулся, как ни в чём не бывало, выложил всё на стол: три бутылки вина, солёную рыбу, сыр, багет и какую-то коробку из ресторана.
— Ого… — удивилась она. — Собрался, будто на троих.
— Ну… на троих — я, ты и твоя депрессия. — Он подмигнул. — Или ты думала, я сейчас лягу рядом с тобой в позу эмбриона и будем вдвоём реветь? Не дождёшься.
Она усмехнулась. Хотела удержаться, но не смогла.
— Ладно. Садись. Но предупреждаю — ныть буду. И жалеть меня будешь ты. По полной программе.
— Ага. Давай. Только сначала — по бокалу. За… хм… за освобождение.
Они чокнулись. Глотнули. Сергей посмотрел на неё, откинулся на спинку стула и сказал:
— А ведь я тебя предупреждал. Помнишь? «Не связывайся с этим ботаном. Этот ботан не мужик, он приложение к маме.» Я тогда, помню, ещё подумал — куда тебя несёт…
— Ага. — Ульяна сделала большой глоток. — Тогда ты это сказал, когда мы разводились, и ты сбежал к этой… как её… фитнес-тренеру.
— Ну… бывает. — Он развёл руками. — Зато сейчас мы оба умные.
— Да. — Она криво усмехнулась. — Ты — особенно.
Сергей махнул рукой:
— Не, правда. Посмотри на себя. Бизнес свой построила. На ноги встала. Квартира. Всё сама. Без этих… академиков. А они тебе что? Только «перестань быть собой».
— Ага. Вот именно. Ты не поверишь, что Денис сегодня выдал. — Ульяна наливала второй бокал. — Прямо лоб в лоб. Сказал: «Давай продадим твою квартиру, бизнес, и переедем к маме — поближе к университету. А ты… может… пойдёшь учиться…»
Сергей поперхнулся.
— Серьёзно?
— Ага.
— Господи… — Он закрыл лицо ладонями. — Девочка моя, ты с ним сколько прожила?
— Пять лет.
— Пять лет?! — Он вскинул брови. — И ты не убила его раньше?!
— Ага… — Она усмехнулась. — Я сама в шоке. Терпеливая оказалась.
Они засмеялись. Смех был такой… грустный, нервный, но освобождающий.
А потом Сергей посмотрел на неё вдруг серьёзно. Очень серьёзно. Так, что у неё внутри что-то щёлкнуло.
— Уль… А ты ведь крутая. Правда. Посмотри на себя. Ты сама. Ты всё сама. И ты не обязана никому ничего доказывать. Особенно вот этим… ботаникам с мамками.
Она вдруг поняла, что вот он — человек, который, при всей своей раздолбайской сущности, хотя бы умеет видеть её такой, какая она есть. Без перекраивания под чужие стандарты. Без лекций про правильную жизнь. Без снобизма.
Сергей поднял бокал:
— За тебя, Уль. За то, что ты такая. Не поменялась. И не надо.
Они чокнулись. Выпили. И тут — телефон.
На экране — «Денис».
Сергей наклонился вперёд:
— Не бери. Пошли его лесом.
— Сейчас. — Она взяла телефон и нажала «Ответить».
— Алло.
— Ульяна… — голос Дениса был такой, будто его выжимали. — Нам надо поговорить. Срочно. Это касается… квартиры.
Она помолчала пару секунд.
— Ну давай. Говори.
— Мы… мы с мамой посоветовались… и… понимаешь… квартира-то куплена в браке…
— Ага… — медленно кивнула она. — Ну?
— Ну… она… делится. По закону. Пятьдесят на пятьдесят.
Тишина. Сергей застыл, бокал в руке. Ульяна закрыла глаза. Сделала глубокий вдох.
— Ты это… серьёзно сейчас сказал?
— Ну… да. По закону.
— Офигеть… — она даже засмеялась. — По закону, говоришь. Значит, жить со мной — по маминым указаниям. А квартиру — по закону. Так?
— Ну… давай без эмоций. Просто… решим всё цивилизованно.
Ульяна посмотрела на Сергея, который мотал головой и сжимал кулаки.
— Ладно, Денис. Решим. Решим так, что ты запомнишь это надолго.
— Что это значит?
— Узнаешь. Очень скоро узнаешь.
И отключилась.
Сергей посмотрел на неё с восхищением:
— Уль… ты сейчас была… мать его… огонь.
— Да. — Она наливала третий бокал. — Потому что это только начало.
***
— Значит, по закону… — протянула Ульяна, стоя посреди своей кухни, обводя взглядом квартиру. — По закону, говоришь… Ну что ж. Поиграем по закону. Только учти, мальчик, я в этой игре не проигрываю. Никогда.
Сергей сидел за столом, наблюдая за ней, как за атомным реактором на последней секунде перед взрывом.
— Уль, ты только давай… без резких движений, ладно? — поднял он ладони. — Хотя… к чёрту. Режь их!
Ульяна резко развернулась и потянулась за телефоном. Пальцы застучали по экрану. Сначала — Марина, её подруга-юрист. Потом — Артём, риелтор, который помогал ей покупать эту квартиру. И вишенка на торте — её бухгалтер.
— Мариш, привет. Срочно нужен расчёт по всем моим активам. Да, да, включая бизнес. Завтра. Утром. Без вариантов. — Пауза. — Почему? Потому что бывший муж решил, что его маман умнее судов.
Она сбросила и тут же набрала следующего.
— Артём, привет. Вопрос — насколько быстро можно выставить квартиру на продажу? Скажем… ну, за два дня. Да, срочно. Угу. Потому что если я кому и буду делиться квадратными метрами, то только сама решу — с кем.
Сергей наблюдал за этим шоу с выражением лица «Господи, как же я скучал по этой безумной женщине».
— Ну ты даёшь… — выдохнул он. — Я тебя сейчас и боюсь, и люблю одновременно.
— Вот и правильно, — отрезала она, кидая телефон на стол. — Любовь с примесью страха — самый надёжный союз.
— А ты точно не хочешь… ну… может, давай к чёрту его с этой квартирой? — Сергей потянулся к бутылке. — Сама же сказала — бизнес твой, деньги твои. Возьми да купи новую.
— Нет, Серёжа, — она наливала бокал. — Суть не в квадратных метрах. Суть в том, что меня, мать его, никто не имеет права вычеркивать из собственной жизни. Ни муж, ни его мамочка. Ни по закону, ни без закона.
И в этот момент… как по сценарию — звонок в дверь.
— Готовься, — сказала она. — Начинается цирк с конями.
На пороге стояли Денис и Галина Павловна. Да-да. Целым фронтом. Обе сжатые губы, Денис — с пакетом бумаг в руке, а мамочка — с лицом, на котором прямо читалось «Сейчас мы тебе всё объясним, ты тут вообще никто.»
— Проходите, — сказала Ульяна, прислоняясь к косяку. — Не разувайтесь, я всё равно потом хлоркой мыть буду.
Галина Павловна чуть дёрнулась, но зашла. Денис шёл за ней, как придаток. Ну классика жанра.
— Значит так, Ульяна… — начала свекровь, сжимая сумочку, как будто собиралась её швырнуть. — Мы тут посоветовались… Всё должно быть честно.
— По закону, — вставил Денис, оправляя очки.
— Да, по закону, — подтвердила Галина Павловна. — Квартира приобретена в браке. А значит — поровну. Пятьдесят процентов.
Ульяна выпрямилась. Скрестила руки на груди.
— Ого. А чего не сто? А чего не… не знаю… всё и сразу? Может, я вам ещё бизнес свой подарю?
— Ну… — Денис замялся. — Это тоже вариант, кстати. Мы думали… если ты продашь… бизнес, квартиру… то мы сможем вместе… ну, вложиться, скажем так, в общее будущее.
Сергей хрипло засмеялся с кухни.
— О, Господи… — простонал он. — Они серьёзно…
Галина Павловна обернулась:
— А этот что тут делает? — процедила она сквозь зубы. — Алкаш.
Сергей поднял бокал:
— Ваше здоровье, мадам.
— Значит так, — Ульяна перехватила инициативу. — Слушайте сюда. Квартира действительно куплена в браке. Тут вы правы. Но вот что интересно. Первый взнос был из моих личных средств, полученных ДО брака. Есть все документы. И именно он составляет половину стоимости.
Денис побледнел. Галина Павловна выпрямилась, как балерина на пике карьеры.
— Да ну… — пробормотал Денис. — Это… подождите…
— Не подожду, — жёстко сказала Ульяна. — Кроме того, ремонт оплачивался полностью с моего бизнеса. Документы тоже имеются. И знаешь что, Денис? Сейчас эта квартира выставляется на продажу. Да. Прямо сейчас.
Она ткнула пальцем в телефон.
— Артём, давай. Объявление запускай. Да, уже. Фото есть.
— Ты с ума сошла?! — завизжала Галина Павловна. — Куда продавать?! Ты не имеешь права!
— По закону имею. Продажа общего имущества с разделом денег. Только деньги потом будем делить не пополам. А как решит суд, который будет учитывать все вложения сторон.
Денис сел на стул. Побелел.
— Ты… ты ведь понимаешь, что мы этого не хотели…
— Ах не хотели? — Ульяна вскинула брови. — А зачем сюда пришли? Чай попить?
Сергей рассмеялся:
— Да у тебя, Уль, стендап выходит лучше, чем у этих в телевизоре.
— А вы, Галина Павловна, — повернулась Ульяна к свекрови, — вообще тут никто. Вы даже в документах не фигурируете. Можете идти… к черту.
— Как ты смеешь?! — завизжала та.
— Легко. — Ульяна развела руками. — Идите отсюда. Оба. С вещами на выход.
Галина Павловна зашипела, схватила Дениса за локоть и потащила его к двери.
— Ты об этом ещё пожалеешь, Ульяна! — бросила она на прощание.
— Ну-ну. — Ульяна взмахнула рукой. — Закройте дверь с той стороны. Сильно.
Дверь захлопнулась так, что дрогнули стёкла.
Сергей смотрел на неё, широко распахнув глаза.
— Ты… ты богиня. Я серьёзно. Мать-дракон. Железная леди. Всё в одном.
Ульяна подошла, села рядом. Взяла бокал.
— Серёж…
— Ага?
— Ты понимаешь, что мне срочно нужна новая квартира. Без воспоминаний. Без привидений в виде бывших и их мам.
Он кивнул. Улыбнулся.
— А может… вместе попробуем? Ты — без привидений. Я — без фитоняшек. Начнём всё сначала. С чистого листа.
Ульяна посмотрела ему в глаза. Долго. И вдруг поняла — да, к чёрту всё. Почему бы и нет.
— По рукам, — сказала она, чокаясь с ним бокалом. — Но учти — со мной шутки плохи.
— Знаю. И обожаю за это.
А в телефоне уже пиликало сообщение:
«Квартира выставлена на продажу. Ждём звонков.»
Финал.